"МИРОВАЯ ТЕНЬ: COVID 19". ИНТЕРВЬЮ С МЮРРЕЕМ СТАЙНОМ

Предлагаем вашему вниманию интервью с М.Стайном "Мировая тень: COVID 19"

Оригинал интервью...

пер. Татьяна Третникова

 

(Интервью с доктором философии Мюрреем Стайном, беседовал преподобный доктор Роберт С. Хендерсон)

 

РХ: Мы вступили в странное время. Covid 19 перевернул мир с ног на голову. Во многих интервью, которые мы с вами провели, нам всегда было, что сказать. Есть ли в этой пандемии что-то, что лишило нас дара речи?

 

МС: Да, почти все потеряли дар речи. Это такое удивительное событие в мировом сообществе, что для его описания недостаточно только теории «чёрного лебедя»[1]. Однако, даже потеряв дар речи, мы можем думать. Это явление получило название «пандемии», что означает, что оно затрагивает всех на планете.

 

Смысл слова «πᾶν» (греч., «все», повсеместно!) достаточно сильно подчеркивает всеобщую взаимосвязь. Обычно мы думаем об Anima mundi как о любящем присутствии, как о матери, которая соединяет людей, но в данном случае это соединяющая нас тень. И это большой сюрприз!

 

Тем не менее, пандемия приносит чувство общности многим людям, и они, помимо тревоги, испытывают чувство взаимности и ответственности друг за друга. То, что я делаю, влияет на моего соседа, и поэтому мы должны более осознанно подходить к нашим повседневным решениям и действиям. Все люди на земле призваны к ответственности.

 

РХ: Если вам кажется, что теории «чёрного лебедя» недостаточно, возник ли какой-нибудь другой образ?

 

МС: Образ, который приходит мне в голову, - это Umbra Mundi, «мировая тень», нависающая над нами и заражающая нашу психическую жизнь. Я вижу, как эта тень распространяется по всему земному шару, как солнечное затмение. Алхимический термин для этого - нигредо. Солнце покрыто тенью смерти. Это знакомая стадия, которая означает начало значительного преобразования. Нас просят пройти через долину смертной тени. Это из Библии. Вопрос в том, сможем ли мы использовать этот опыт для индивидуации? Или это будет просто как плохой сон, от которого мы будем счастливы освободиться, проснувшись.

 

РХ: Каков первый шаг на этом пути?

 

МС: Обычно первым шагом становится полностью войти в состояние «замешательства» с намерением ответить на вопрос «где я?». Человек попадает в некое подобие сумрачного леса, как Данте в начале своего путешествия в ад. Он ищет дорогу назад или наружу, некую опору, что-то, что даст свет, надежду и направление. Здесь, в этом темном месте, есть тревога, иногда граничащая с паникой, и часто возникает чувство надвигающейся катастрофы, если путь назад не будет найден как можно скорее. Таково наше время.

Люди задаются вопросом: это конец света, который мы знали? Это апокалипсис? Никто не знает ответ. Мы все в темноте, нащупываем, ищем. Но важно осмотреться в этом пространстве. Там нет ответов «там». Никто не знает будущего. Возможно, появится гид, такой как Вергилий или Филемон.

 

Можно спросить: «А что говорит бессознательное? Как оно реагирует на эту кризисную ситуацию?» Я видел множество снов, которые указывают на «смерть». Смерть означает конец рассказанной истории. Мы вступаем в долину смертной тени и проходим её. Другого пути нет.

 

РХ: Нас просят оставаться дома, и это может быть серьезным вызовом для многих, особенно принимая во внимание отмену работы, занятий в школах, концертов и спортивных мероприятий. Что можно делать дома столько времени?

 

МС: Обычно люди жалуются на то, что у них недостаточно времени, чтобы записать свои сновидения, заняться активным воображением, прочитать Красную книгу Юнга и так далее. Теперь, когда у нас есть время, почему бы не воспользоваться этой возможностью? Этот кризис пройдет рано или поздно. Порядка 18 месяцев, пока не будет создана и распространена вакцина. Тогда наша активность снова наберёт скорость. Поместите этот период в перспективу и используйте время творчески.

 

Задача состоит в том, чтобы извлечь уроки из этого опыта и впоследствии продолжить обучение. Что мы можем извлечь из этого замедления и вынужденной изоляции, которая поможет нам найти более разумный темп и баланс в жизни, когда двери откроются, и мы сможем снова свободно перемещаться? Я полагаю, что мы посчитаем это время драгоценной возможностью для того, чтобы заглянуть в себя, для практики центроверсии, осознанного движения к Самости.

 

РХ: Что такое Umbra Mundi и чему мы учимся?

 

МС: Umbra Mundi - спутник Anima Mundi. Anima Mundi - это душа мира, божественное в материальном космосе. Umbra Mundi - её тень. Можно сказать, что это темная сторона бога, как описывали её Юнг и многие его ученики. В силу своей архетипической природы она охватывает всех.

 

Её наиболее существенными чертами являются невидимость, универсальность и уникальность. Поскольку коронавирус незаметно перемещается среди нас, появляется на всех континентах и ​​поражает нас ужасом и мощью, он отражается в образе Umbra Mundi. Мы не знаем, кто болен и больны ли мы сами. Он повсюду, во всех частях света, и это внушает коллективной психике страх, который все мы чувствуем. Более того, как говорит Рудольф Отто о нуминозном опыте, он ужасающ. Восприятие Umbra Mundi заставляет нас содрогнуться. Это - mysterium tremendum et fascinans[2], и она заражает нас таинственным ужасом и чувством уязвимости. Она неподконтрольна нам, неумолима и безучастна.

 

В настоящее время мы живем как бы в научно-фантастическом мире, и вызов состоит в том, чтобы принять это как реальность, а не отбросить в сторону как фантазию. Всё произошло так быстро. Umbra Mundi тихо и без предупреждения вторглась в наш нестабильный мир, и это угрожает разрушить тонкую ткань нашей коллективной жизни на глобальном уровне.

 

Чему мы здесь учимся? Это еще предстоит выяснить. Я не сомневаюсь, что нам представлена ​​возможность для обширной трансформации сознания на общем коллективном уровне. Многие говорят об этой возможности. На более глубоком уровне может произойти трансформация в коллективном бессознательном. Я воспринимаю здесь Umbra Mundi как синхронию. Она была предсказана астрологами. Она своевременна, и мы должны раскрыть её значение. Она будет проявляться в течение долгого времени.

 

Помните, что мы только в начале Эры Водолея. Юнг предполагал, что потребуется 600 лет на то, чтобы новый образ бога полностью проявился. Этот проход через долину смертной тени - транзит, и на него потребуется время. Мы не привыкли думать в такой долгосрочной перспективе. Мы хотим всё исправить и прямо сейчас. Возможно, первый урок, который необходимо выучить, - это терпение. Рождается новое человечество, его мозговые клетки еще не вполне сформированы и взаимосвязаны. Это ещё только появляется в поле зрения.

 

РХ: Как вы сказали, это время для сосредоточенности. После всех лет клинической работы, преподавания и обучения, как вы понимаете интроверсию?

 

МС: Юнг определяет интроверсию, как направленность либидо (то есть, интерес, внимание) скорее к содержанию, нежели к объектам. Это саморефлексия, взгляд в зеркало. Когда мы сосредотачиваемся на наших чувствах, мыслях, причинах наших поступков, другими словами, на нашей субъективности, мы работаем в режиме интровертирсии. Когда мы направляем наше внимание на объекты, людей, события вокруг нас, мы в экстравертном режиме. Что делает для людей изоляция, так это заставляет их обратить внимание на свои реакции, чувства относительно происходящего вокруг, чтобы стало понятно, о чём они думают, - их эмоции, размышления, фантазии, - и через интровертирование они начинают все больше осознавать себя в качестве субъектов.

 

В юнгианском методе «внутренняя работа»[3] мы используем интровертирование для того, чтобы получить доступ к бессознательному, которое является огромной частью внутреннего мира, безусловно большей из двух областей: сознания и бессознательного. Сознание эго мало по сравнению с бессознательным. На самом деле бессознательное неизмеримо и включает в себя личные, культурные и коллективные (то есть универсально человеческие и, возможно, даже космические) измерения.

 

Размышление о наших сновидениях как об образах бессознательного, а не как о представлениях объектного мира приводит нас к рассмотрению факторов, лежащих в основе нашей сознательной субъективности, факторов, которые мы называем комплексами и архетипами. Также для исследования «внутреннего мира» психики мы используем активное воображение.

 

Преимущество интенсивного погружения, заключается в том, что мы можем установить связь с миром психики, который так же силен, как наша связь с миром объектов, доступных органам чувств. Экстраверсия ведет к познанию внешнего мира, интроверсия к познанию внутреннего мира. То, что мы пытаемся создать, - это эквивалентность или баланс между нашими отношениями с внутренним миром, с одной стороны, и внешним миром, с другой.

 

Такая деятельность сегодня достаточно необычна для наших в основе своей экстравертированных культур. Люди гораздо более подготовлены и привыкли обращаться к окружающему миру, используя имеющиеся у нас средства массовой информации, особенно в нынешнем изолированном состоянии, а также склонны бояться и избегать взгляда в себя, на то, кто и что они есть. Фактически, это одна из причин паники, которая пронизывает весь мир сегодня, особенно в западных обществах. Внутренний мир - это неизведанное и неисследованное.

 

Люди из азиатских культур, выросшие в буддизме, гораздо более искусны в интроверсии, чем большинство западных людей. Медитация - это форма интроверсии. Она отвлекает внимание от внешнего мира и освобождает от мыслей, которые стремятся в этом направлении (т.е. наших ежедневных навязчивых идей и размышлений). Запад все более увлечён этой идеей, и центры медитации в наши дни очень популярны.

 

Другая форма интроверсии – это молитва. Если кто-то молится невидимой силе, такой как бог или святые, он на это время отвлекает внимание от чувственного мира объектов и направляет его на архетипический образ или присутствие. В юнгианской работе мы призываем наших клиентов работать с их символическими изображениями аналогичным образом - заботиться о них, говорить с ними, слушать их. Активное воображение можно сравнить с медитацией и молитвой, хотя есть некоторые различия.

 

РХ: Юнг сказал: «У человека должна быть возможность сказать, что он сделал все, чтобы иметь какое-то представление о жизни после смерти или некий образ такой жизни, - даже если это станет признанием его бессилия». Во время этого кризиса, вероятно, многие люди думают о смерти. Что вы думаете о смерти и жизни после неё?

 

МС: Я считаю, что после смерти мы продолжаем существовать в форме тонкого тела, в сфере символов. Мы становимся символами, которые реальны в этом мире и влияют на него определенным образом. Существует некоторое взаимодействие с материальным миром, например, в форме снов или видений и синхронных событий.

 

С нашей стороны есть намёки и подсказки. С той стороны, похоже, тоже есть нечто подобное. Окна между двумя измерениями приоткрыты. Оба они существуют в одной и той же единой реальности.

Это древняя мудрость, которую разделяют люди многих культур, старых и новых. Только наше стандартное современное мировоззрение не включает этот другой аспект единой реальности. Юнг, конечно, очень хорошо знал эту реальность, и поэтому мог сказать, что не верил (в бога), он знал - это единая реальность, которую он пережил лично и описал в «Воспоминаниях, Сновидениях, Размышлениях» и других текстах. Мы тоже её проживём, если будем обращать внимание на сны и видения и отмечать явления синхронии, особенно в отношении смерти.

 

В такие времена, как наши, люди часто испытывают в своих снах откровения, которые рассказывают им о реальности, находящейся за пределы этой жизни, и не только после, но и в более широком смысле.

 

«Большой сон», как его называет Юнг, предлагает гнозис, знание символического мира, лежащего в основе, окружающего и пронизывающего тот, что мы переживаем в физическом теле и с помощью органов чувств. Мы заключены в эту бóльшую реальность, и она содержит нас. Вот почему автор псалма[4] говорит то, что говорит, когда идет долиною смертной тени. Он знает, что он в надежных руках.

 

Эти взгляды основаны на опыте, который я получил в своей собственной жизни и в общении с анализандами.

 

РХ: Сейчас уже конец марта (2020), число людей, зараженных коронавирусом и умерших по всему миру, резко возросло, и будет только хуже. И все же около половины нашей страны считают Covid 19 обманом. Что же такое находится в тени, что вызывает это отрицание?

 

МС: Отрицание - это защита от болезненных мыслей и чувств и признак основного беспокойства. Тень оптимизма - это страх надвигающейся катастрофы. Большинство из нас хотят смотреть на светлую сторону, надеяться на рост, здоровье и процветание.

 

Американцы известны своим оптимизмом, который может быть силой и добродетелью, а может - отказом признать трагические аспекты жизни, которые подавляются и затем становятся тенью. Пандемия - это проверка способности коллективного эго принимать реальность и действовать соответствующим образом.

 

Насколько мне известно, ни одна страна в мире до сих пор не прошла этот тест, за исключением, возможно, Тайваня. Я живу в Швейцарии, стране, известной своим порядком и эффективностью, но и здесь власти не смогли заметить угрозу коронавируса, которая была ясно видна прямо через границу с Италией. Они не спешили действовать в соответствии с имеющимися знаниями, поэтому сейчас в этой «безопасной стране» самый высокий процент инфицированных жителей в мире. Америка на грани затопления потоком тяжело больных пациентов, а президент обещает, что все это закончится к Пасхе. И это аморально, потому что он и все вокруг знают, что эта уверенность - ложная.

 

Но люди поверят этому, потому что это на руку их защите от всепоглощающей тревоги по поводу тени смерти, нависшей над землей. Кроме того, появляется тень Великой депрессии, и она угрожает основам экономического благосостояния страны. Отрицание заставляет делать слишком мало и слишком поздно. Вирус без колебаний использует эту психологическую слабость.

 

 

Мюррей Стайн - выпускник Йельского университета, Йельской богословской школы и Чикагского университета. В 1973 году он получил диплом аналитической психологии в Институте К.Г.Юнга в Цюрихе. С 1980 по 2003 год проходил частную практику в Уилметте, штат Иллинойс, и работал аналитиком в Чикагском институте К.Г.Юнга. С 2003 года он живет в Швейцарии и является аналитиком по обучению и контролю в Международной школе аналитической психологии / Цюрих. В настоящее время он имеет частную практику в Цюрихе, Швейцария. Он является одним из основателей Межрегионального общества юнгианских аналитиков и Чикагского общества юнгианских аналитиков, а также был первым президентом Чикагского общества юнгианских аналитиков (1980–1985). Он бывший президент Международной ассоциации аналитической психологии (2001–2004) и бывший президент ISAP Цюрих (2008–2012). Он является автором книги «В середине жизни», «Христианство Юнга», «Преобразование: появление себя», «Карта души» Юнга, «Осознание себя», «Библия как сон» и других книг, а также редактором «Юнгианского психоанализа». У Мюррея и его жены Яны трое детей: Хэл, Сара и Кристофер, а также четверо внуков.

 

Преподобный доктор Роберт С. Хендерсон - поэт, юнгианский психотерапевт и рукоположенный протестантский министр в Гластонбери, штат Коннектикут. Он и его жена Янис, психотерапевт, являются авторами трехтомной книги «Living with Jung: "Enterviews" with Jungian Analysts». Многие из их интервью были опубликованы в Quadrant, Spring Journal, Psychological Perspectives, Jung Journal и Harvest.

Адрес для писем: 244 Wood Pond Road, Гластонбери, CT 06033. E-mail: Rob444 @ cox.

 

 

 

Примечания:

 

[1] «Чёрный лебедь» — теория, рассматривающая труднопрогнозируемые и редкие события, которые имеют значительные последствия. Автор теории — Нассим Николас Талеб, который в своей книге «Чёрный лебедь. Под знаком непредсказуемости» (2007 г.) ввёл термин «события типа «чёрный лебедь». Здесь и далее примечания переводчика.

 

[2] Тайна устрашающая и очаровывающая (лат.)

 

[3] В тексте интервью – «inner work».

 

[4] Псалом Давида

 

Господь - Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться:

Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим,

подкрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего.

 

Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох - они успокаивают меня.

 

Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.

 

Так, благость и милость [Твоя] да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.

 

 

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload

Недавние посты
Please reload

Архив